4bk118e954a6c12p8c_800C450

Перспективы развития Российско-Иранских отношений

Торгово-экономическое взаимодействие Ирана и России значительно пострадало от санкционного режима. Так товарооборот между нашими странами в 2008г. был около 3,7 млрд.$, а в прошлом 2015 г. он стал всего немногим больше 1 млрд. $. Такие гиганты, как «Газпром», «Лукойл» или «Рособоронэкспорт» из-за возможных штрафов и санкций США ограничили свое сотрудничество с Ираном или полностью прекратили его. Иран  сегодня занимает менее 1% в общем товарообороте стран ЕАЭС (Евразийский экономический союз).

Вот уже 4 месяца, как Иран вышел из финансово-экономической изоляции. На государственном уровне каких-либо сложностей у нас нет. Частота контактов российских руководителей со своими иранскими коллегами за последние полгода превышает в разы контакты, имевшиеся на протяжении нескольких десятилетий наших отношений. Так, в ноябре прошлого года в Иране с официальным визитом был российский президент, его посетили два вице-премьера, стоялось заседание Межправкомиссии (далее МПК), ее российский сопредседатель и министр энергетики Александр Новак ездил туда более 4-х раз. В свою очередь 10 министров из ИРИ посетили Россию. Более того, Россия и Иран стратегические союзники в сирийском конфликте. Значительным подспорьем для иранского бизнеса кроме этого стало введение Россией санкций на турецкие товары. При этом иранская сторона на всех уровнях подчеркивает, что имеет исторический шанс для выхода на рынок стран ЕАЭС и оказывает помощь своим экспортерам через Фонд экспортного развития путем льготного кредитования или субсидий.

 

Схожесть структуры экономик двух стран и иранская «экономика сопротивления»

Объективно сдерживающим фактором торговли между нашими странами, особенно на фоне кризиса в российской промышленности и действующих санкций, остается схожесть двух стран по линейке производимых товаров. Иран и Россия являются нефте- и газо- добывающими странами. При этом большим отличием экономик является и то, что доходы бюджета Ирана намного меньше зависят от экспорта сырья, чем это обстоит в России. Напомню также, что ВВП Ирана выше, чем у России, примерно на 30 млрд. долларов.

В условиях дефицита валюты, правительством ИРИ и России сейчас, введены программы экономики, которые предполагают импортозамещение и опору на собственные силы. Именно поэтому основной акцент в привлечении иностранных инвестиций делается на передачу технологий и постепенную локализацию производства, как в ИРИ, так и в России. В отличие от Запада, сегодня Россия, в этом отношении и с теми условиями, мало что может предложить Ирану. А также Иран, не способен предложить что-то подобное России.  Так, в 2014г. Иран отказался от реализации выгодного проекта строительства рельсобалочного стана вместе с Россией и начал его в одиночку. Не прошел и совместный проект производства самолета «Суперджет-100», поскольку большую часть комплектующих Россия сама получает за рубежом, хотя и в странах, лояльных. Что же касается поставок зерна из России, то в этом году Иран ввел мораторий на импорт пшеницы и старается поддержать своих местных фермеров высокими закупочными ценами и кредитами.

Указанные обстоятельства иногда ставят непреодолимые препятствия и в бизнесе по совместному поиску компромиссных решений, так как не всегда даже присутствует коммерческая выгода для тех, кто готов заниматься этими проблемами, а официальные власти отказывают в прямой помощи.

Вот здесь, на данном этапе и выходят на арену Торгово-промышленные палаты, которые, иногда вопреки своей выгоде, стараются соединить несовместимое, предлагая всевозможные идеи и проекты, которые бы позволили находить выгодные для обеих стран контакты для решения проблем.

Сегодня ТПП РФ и ТПП ИРИ, а также совместная ТПП РФ и ИРИ являются проводниками и катализаторами отношений наших народов и представителями, так называемой «народной дипломатии» двух стран. И это нужно поддерживать, оказывать им помощь в работе, в поиске компромиссов для бизнеса, увеличения числа контрактов и товарооборота, и как следствие, для улучшения отношений двух стран.

 

Что же еще мешает полноценным и стабильным торговым отношениям наших стран? Если суммировать оценки иранских и российских предпринимателей, а также чиновников, то основные проблемы здесь заключаются в следующем:

 

Сложности в расчетах, в виду  отсутствия налаженной системы банковского и страхового взаимодействия

Причиной этого являются имевшиеся до недавнего времени финансовые санкции. Так, иранские банки были подключены к системе SWIFT только два месяца назад. До сих пор американские банковские инструменты недоступны для участников ВЭД с Ираном и расчеты через доллар США с этой страной пока невозможны. Это стало одной из тем недавних переговоров директора ЦБ Ирана Сейфа и министра финансов США Лью на весенней сессии Всемирного банка. Иранский высокопоставленный представитель в интервью подчеркнул, что речь идет о соблюдении всеми сторонами обязательств по Совместному плану и американцы должны дать гарантии того, что другие страны не будут наказаны за активную торговлю с ИРИ.

Европейские коммерческие банки, включая российские, до сих пор проявляют осторожность в транзакциях с Ираном, поскольку не хотят подвергать свой бизнес возможным санкциям США. Как отмечают эксперты, многие просто перестраховываются, т.к. не разбираются в том, какие санкции были отменены, а какие нет или боятся возврата санкций, например из-за ракетных пусков Ирана. Все помнят историю с французским банком BNP Paribus, который был наказан в 2014 году федеральным казначейством на сумму около 9 млрд. $ за клиринговые расчеты в долларах с Ираном.

В импортных контрактах с Ираном практически не работает система аккредитивов, отгрузка иранских товаров осуществляется только по предоплате. Традиционной схемой платежей до недавнего времени был перевод валюты на расчетный счет иранской фирмы в ОАЭ, в Турции или в других оффшорах 3-х стран с оплатой до 5% комиссионных.

В настоящее время, оплата стала возможна через ПАО МАБ «Темпбанк» в риалах напрямую в Иране или через отделения ЗАО «Мир бизнес банк» в Москве и в Астрахани. В последнем случае, с учетом принадлежности этого банка к государственному банку «Мелли Банк» перевод денег сопровождается рядом бюрократических требований: официальным письмом вашего бизнес партнера в Иране, предоставлением оригинала контракта и т.д. Кроме того, наблюдается тенденция с задержкой платежей.

Часть переводов средств в бизнес сообществе, торгующим с Ираном, осуществляется посредством неофициальной системы «Хавала», которая доступна через иранские пункты обмена валют «Сарафи». Однако, это в большей степени касается торговли с мусульманскими странами, но и включает постсоветское пространство — Таджикистан, Азербайджан, Туркмению.

Поскольку оплата иранской фирмы российскому экспортеру напрямую в рублях затруднена, возможен перевод средств на его счет в упомянутой 3-й стране или в риалах на его счет в иранской свободной экономической зоне. В последнем случае, российская компания вынуждена будет закупать на полученные средства иранский товар т.к. свободный вывод средств из СЭЗ по иранскому законодательству мало осуществим или невозможен. Таким образом, экспортные контракты с Ираном, как и в досанкционный период, обслуживаются преимущественно по бартеру.  А это и есть та причина, по которой торговля развивается слабо.

Особенностью расчетов является также наличие в Иране двух курсов национальной валюты: официального курса ЦБ и свободного, который выше на 10-15%. Все платежи по импортным коммерческим контрактам осуществляются по курсу базара. Иранские же фирмы могут рассчитывать на обмен риала (тумана) по официальному курсу только в случае резервирования валюты для закупки за рубежом каких-либо приоритетных для экономики страны товаров, например уникального оборудования, медицинских препаратов или продовольствия (до недавнего времени зерна).

Многие иранские предприниматели во время переговоров, все чаще упоминают о колебаниях валютного курса рубля, и используют это как одно из препятствий к построению долговременной торговой стратегии на российском рынке, что вызывает у российских бизнесменов недоумение.

Сложившийся дисбаланс товарооборота в пользу России может стать ограничительным моментом в торговле двух стран в случае их перехода на расчёты в национальных валютах т.к. это приведет к дефициту рублей у иранских компаний. А дисбаланс в пользу Ирана может вовсе стать причиной отказа от взаимодействия со стороны России.

В декабре 2015 г. наметилась положительная тенденция по страхованию сделок с Ираном – подписан протокол между российским агентством по страхованию экспортных кредитов и инвестиций (ЭСКАР), входящей в структуру Внешэкономбанка, и Агентством экспортных кредитных гарантий Ирана. Предусматривается страхование контрактов на сумму до 20 млн.   в случае перехода расчетов на национальные валюты. Однако в большей степени это коснется государственных контрактов, которые в частности предполагается обслуживать по соглашению между АО «РФК-банк», принадлежащим Ростеху и Банком развития экспорта Ирана.

Указанные особенности расчетов существенным образом сокращают круг российских и иранских фирм потенциальных участников ВЭД. В этих условиях создание совместного банковского счета между странами или российско-иранского банка, о котором не раз ставился вопрос на заседаниях МПК, мог бы стимулировать масштабный рост взаимной торговли.

 

Высокие таможенные пошлины

Эта проблема особенно остро стоит в контексте развития иранского экспорта в Россию. Она неоднократно поднималась иранскими предпринимателями, но реальные подвижки были начаты только после введения эмбарго на турецкую продовольственную продукцию. В феврале Евразийская экономическая комиссия приняла решение на отмену импортных пошлин на финики, фисташки и сушеный виноград. Ставка пошлины на брюссельскую и цветную капусту, а также брокколи были снижены до 5 %.

Кардинальным решением этой проблемы станет заключение ЕАЭС соглашения с Ираном о зоне свободной торговле, которое поддержали все члены этого объединения. В декабре 2015 по этому проекту были начаты переговоры и исследования с перспективой выхода на приемлемый для обеих сторон вариант в течение 2016 г. Однако, ключевым моментом здесь будет перечень товаров, в отношении которых будут отменены пошлины на паритетных началах.

 

Неразвитость транспортной инфраструктуры и логистики, бюрократия

Иран соседняя для России страна. Доставка грузов туда может осуществляться морским, автомобильным, воздушным и железнодорожным транспортом. С учетом ее географического положения, поставка морем возможна с Севера через Каспий или с Юга через порты Персидского залива.

Однако, традиционный путь через коридор Север-Юг пока имеет недостаточно развитую инфраструктуру и не может обслуживать всю номенклатуру грузов. Узкими местами здесь являются мелководность портов в дельте Волги (не более 3000 т.) и их замерзание в зимний период. Незамерзающий порт Махачкалы, кроме известных проблем с коррупцией, как и иранский Бендер-Энзели нуждаются в реконструкции и строительстве новых мощностей, подъездных дорог, логистических и гостиничных инфраструктур.

Другим нерешенным моментом является недостаток судов, особенно рефрижераторов, и контейнеров.

Железнодорожное сообщение по западной части побережья Каспия возможно только до азербайджанской Астары. Строительство ж/д моста, соединяющего иранскую и азербайджанскую сети, только начато в апреле и будет, скорее всего, завершено лишь к концу 2016г. Когда это случится, появится самый экономичный за счет отсутствия перевалки вариант доставки грузов. Железнодорожная магистраль по восточному побережью, которая тяготеет к азиатской части России, работает с декабря 2012 г.

Иранские экспортеры обращали внимание на ущерб, который они несут из-за отсутствия нормальной логистики и проволочек на таможенной границе (например, станция Дербент в Дагестане). Решению этого вопроса будет способствовать создание «зеленых коридоров» для иранской сельхозпродукции. Такие договоренности уже переведены в юридическое русло. Экспортеры будут заранее информировать таможню о предстоящем прибытии груза и его таможенной стоимости, что обеспечит им быстрый его осмотр и оформление. Договоренность уже сеть.

Безвизовый режим для предпринимателей

Указанная проблема, выделенная ранее бизнес сообществом Ирана, была успешна решена 6 февраля с.г., когда вступило в силу ирано-российское межправительственное Соглашение об упрощении взаимных поездок отдельных категорий граждан двух стран. Теперь визы для предпринимателей могут быть оформлены по прямым приглашениям ТПП России, территориальных ТПП, РСПП (российский союз промышленников и предпринимателей), ОПОРА (Общероссийская общественная организация малого и среднего предпринимательства) и РСТ (Российский союз товаропроизводителей). Кроме этого имеется возможность получения многократных виз гражданами, которые осуществляют грузовые перевозки через АСМАП (Ассоциация международных автомобильных перевозчиков).

Невысокий уровень гуманитарного сотрудничества

Ограничивающим фактором наших отношений в торговой сфере является неразвитость сотрудничества в области культуры, науки и образования. Как известно, в данной приоритетной стране отсутствует российский Дом дружбы и, соответственно, работа по линии Россотрудничества не ведется. Только после закрытия Египта и Турции в 2015г., стал постепенно расти туризм.

При этом, поток иранцев, посещающих Россию, по статистике, в 2 раза выше, чем поток российских граждан в Иран. На фоне отсутствия знаний об этой стране и сложностей в общении из-за чужой языковой и культурной среды, представления об Иране строятся порой на основе стереотипов, навязанных западными СМИ (исламский терроризм, религиозная нетерпимость к  христианам, бесправие женщины и т.д.), а иранские сайты об этой стране на русском языке, практически отсутствуют.

Не способствует развитию торговли нерегулярность (одни раз в год по линии Минпромторга) и малый масштаб, по сравнению с другими странами, выставок, бизнес форумов российских предприятий и организаций. Российские предприниматели фактически отсутствуют на, проводимых отраслевых и тематических международных выставках и мероприятиях на провинциальном уровне в таких центрах Ирана, как Мешхед, Исфахан, Шираз, Бендер-Аббас, СЭЗ о.Киш. Однако, и иранские партнеры, также не учитывают менталитет российских бизнесменов. Так, например, россияне не получают от иранских коллег информацию с ценой на продаваемый товар, а просят указать цену по которой те готовы купить. А в случае поддержания интереса, иранские друзья сразу формируют цену для россиян в самом высоком значении, превышающем даже розничные цены в самом дорогом супермаркете. Не понимая принципов торговли Ирана, россияне сразу отказываются от дальнейшего сотрудничества.

В отличие от своих конкурентов, российский бизнес действует чаще на ощупь, не размещает рекламу, даже в местных СМИ, не поддерживает ориентированные на Иран интернет сайты, без предварительной подготовки, предполагающей маркетинг, составление прайс-листа с условиями поставок на Иран и например, адресную рассылку материалов, пытается выйти на местный рынок по официальной линии через торгпредство/посольство России. И здесь им на помощь и должны прийти Торгово-промышленные палаты двух стран.

Объективным препятствием в продвижении российских частных структур на местном рынке, и нужно это признать, является сложившаяся десятилетиями западная ориентация иранского бизнеса, а также невероятно сложная ситуация в мире. Из-за этих факторов доходная часть снизилась на столько, что учитывая логистику доставки товаров в Россию из Ирана и обратно, торговля некоторыми видами товаров становится не рентабельной. Без поддержки государств, выполнить некоторые условия контрактов не представляется возможным.

Кроме того, внедрение новых, высокотехнологичных проектов с новыми технологиями без вливания денежных средств и государственной поддержки также невозможно.

Как мы видим, Россия и Иран постепенно преодолевают препятствия для развития торговли, однако немаловажным обстоятельством остается также и временной фактор. Дело в том, что на открывшийся иранский рынок интенсивно выходят компании из других стран, которые используя в т.ч. свою господдержку «столбят» перспективные проекты. Достаточно взять имеющуюся сделку по покупке Ираном 119 Аэробусов у Франции, близкий к заключению контракт на строительство ж/д трассы Тегеран-Мешхед китайских компаний под госкредит, инвестиционный проект германского концерна Басф по строительству нового нефтехимического комплекса и т.д. Как отмечают эксперты, Россия имеет определенную фору перед другими странами, и в первую очередь за счет военно-политического и географического фактора. Однако, к концу текущего года она вынуждена будет конкурировать на иранском рынке с другими игроками на равных и может проиграть. Поэтому, в оставшийся промежуток времени было бы целесообразным ускорить решение обозначенных проблем, в том числе, за счет мер государственной поддержки со стороны как России, так и Ирана, если таковые отношения будут способствовать укреплению наших взаимоотношений и дружбы.